Главная » Малая родина » Трегубовское с/п - Такая длинная, короткая жизнь.

Великоустюгская централизованная библиотечная система

Трегубовское с/п - Такая длинная, короткая жизнь.
Индекс материала
Трегубовское с/п
Воспоминания ветеранов Великой Отечественной войны Трегубовского поселения.
Деревня Рогаткино.
Односельчане - воспоминания ветеранов.
История Щекино.
Летопись села Морозовица.
Из воспоминаний Старковской Ларисы Николаевны.
Горечь сердца забыть не даёт. Воспоминания детей войны.
О творчестве В.Т. Шаламова и фильме - Завещание Ленина - созданном по произведениям автора.
Все страницы

Трегубовская сельская библиотека

Такая длинная, короткая жизнь.

(из воспоминаний Старковской Ларисы Николаевны)

Родная природа.

Морозовица, 2014 год

Составители: Голикова Л.П., зав. библиотекой; Перминова Н.Р., библиотекарь.

Вот снова чистый лист передо мною,

Все начинать приходится с нуля...

Как иногда хотелось бы порою

Вернуться в детства чистые поля.

Не для того, чтоб жизнь начать сначала

(Ведь прожитого мне не изменить)

А для того, чтоб в сердце полегчало,

Чтоб в прошлое свое взгляд устремить.

Вот уж жизни пора золотая,

Можно мне оглянуться назад,

Свою жизнь, как книжку листая,

В думах заново все пережить.

Я сегодня уже на пороге

Между прошлым и тем, что потом...

Но не буду я грустное трогать,

Дел житейский итог подведу я потом.

Все ли сделала так, как мечтала,

И что сделать еще не успела...

Уходите, хандра и усталость

Еще песен своих я не спела.

Память... Никуда от нее не деться! Она возвращает тебя вновь и вновь к моментам из твоей жизни, к родной деревушке, которой сейчас и в помине нет, а ведь была когда-то. Здесь я родилась, выросла, здесь прошли самые лучшие годы в моей жизни, пусть трудные, но лучшие. Тоскливо становится на душе, как в немом кино: кадр за кадром перед глазами проходит вся твоя жизнь. Время стремительно мчится, а ты его не в силах остановить. Родная деревенька Прокопьво, как же мне не хватает тебя, не хватает тех людей, которые когда-то жили рядом со мной, тех заливистых песен, задорных частушек, будней и праздников, той простой деревенской жизни, к которой всегда стремилась моя душа.

Смотрю на родную деревню –

С тоской замирает душа,

Как в те далекие годы

Деревня была хороша!

Мне дороги эти просторы,

Любимая сердцу земля.

Здесь раньше пахали и жали,

Теперь заросли все поля.

Смотрю и не верю, что стала:

Деревня пустая стоит.

Ведь жили когда-то здесь люди,

Трудились в колхозе они,

Годами трудились и бились

за палочки-трудодни.

Как трудно в военные годы

Наша деревня жила,

А сколько здесь было народу,

И всех нас кормила земля.

Хлеб весь на фронт отправляли,

А сами питались травой,

Все ели – картошку гнилую,

и клевер, и хвощ полевой.

Платили налоги, сдавали колхозу

и мясо, и шерсть,

Все были раздеты-разуты,

И нечего было поесть.

А с фронта нам шли похоронки,

Как птицы летели они.

Ревели солдатские вдовы,

Детишек своих берегли.

Все детство голодное было.

Мы в школу ходили в лаптях.

А летом косили и жали,

Возили навоз на быках.

А как веселились в те годы

после рабочего дня,

Какие здесь были вечерки –

Играла гармонь до утра.

Как будто вчера это было,

И не было прожитых лет,

Так быстро мы все постарели,

И стали – кто бабка, кто дед.

Стою, вспоминаю, что было,

И в памяти все берегу.

Тебя, дорогая деревня,

Забыть я никак не могу.

Прости, дорогая деревня,

Тебя сохранить не смогли.

Тут видно, судьба уж такая,

Прими наш поклон до земли...

Семья.

Старковская Лариса Николаевна родилась 10 мая 1934 года в деревне Прокопьево Щекинского сельского совета в многодетной семье (6 детей) шестым ребенком.

Май, теплынь, половодье – Пирует природа,

Да колдует белая ночь.

В этот праздник

Великого времени года

Радость в нашей семье –

Родилась снова дочь.

Родина.Из воспоминаний Ларисы Николаевны: «Родилась я и выросла в деревне Прокопьво. Красивые были места, красивая была деревня. И дом я родительский помню, как сейчас, помню, вспоминаю, тоскую и люблю. Стоял он, горделивый такой, окнами на дорогу. А за домом – огород... Все мои воспоминания о детстве с этим домом родным и деревней, душе и сердцу милой, связаны.

Отец, Шарыпов Николай Яковлевич, был трактористом, да и мастером золотые руки слыл он в деревне. Все жители деревни обращались к нему за помощью – сделать деревянные ведра, кадки, бочки, а он никогда и никому не отказывал. Все успевал, ни минуты без дела не сидел, а мастерил только поздними вечерами или когда дожди идут".

Из воспоминаний Ларисы Николаевны: «Отец был очень добрым и внимательным. Три мои старшие сестры были ему не родными дочерьми, но он так не считал и никогда не обижал, даже и не вспоминал, что он им не родной отец. А руки действительно у него были золотые. Он все умел: лапти плел, игрушки делал нам из соломы и дерева (козлика из дерева сделал такого, что все завидовали нам, лошадку, солдатиков и наших любимых матрешек). А мы любили его и всегда слушались".

С мамой делали вместе,

Как две спицы в руках,

Не сидели на месте,

Всё в работе, в делах.

Мать, Шарыпова Алевтина Егоровна, всю жизнь проработала в колхозе «Серп и Молот» в животноводстве

Не помню ничего теплей,

Чем руки матери моей.

Покой им Бог не даровал,

Но уж работушки давал.

Чтоб накормить нас и одеть,

Должны везде они успеть:

В полях, в лесу и у реки –

Две теплых мамины руки.

Не знаю как, но успевали,

Годами отдыха не знали,

Грубели, старились...

И все же

Нет ничего мне их дороже.

Жили дружно, счастливо до тех пор, пока не началась Великая Отечественная война.

Как вспоминает Лариса Николаевна: «Помню, как провожали отца на фронт. С сестрами проводили до конюшни, плакали навзрыд. Не зная как нас утешить, отец сказал: «Не ходите дальше, я до Вологды доеду и вернусь обратно. В 1941 году его отпустили из-за болезни, а в 1942 году он снова ушел на фронт, но уже потом так и не вернулся. Мы каждый день ждали весточку от отца, пришло только два письма. В одном из них он писал, что учится на связиста. В 1944 году получили извещение, что отец пропал без вести. Все тяготы жизни легли на плечи мамы. Нас шестеро, всех накормить надо. Воспоминания о детстве до сих пор не дают зажить тем ранам, которые были нанесены той разрушительной войной. Больно вспоминать, но и забыть нельзя! Это были самые трудные годы, каждый день – слезы: кто-то получал похоронку, а кого-то отправляли на войну. Но народ был добрый, помогали друг другу, чем могли. Мама нас учила трудиться, быть честными и порядочными. Был страшный голод, но никто не воровал".

Года пройдут, но эти дни и ночи

Придут не раз во сне тебе и мне.

И пусть мы были маленькими очень,

Мы тоже победили в той войне.

Была у нас кормилица – корова, ее молочко помогло нам выжить. Пусть даже малая часть доставалась нам от надоенного молока, так как молоко тогда сдавали государству, но это нас очень сильно поддерживало.

Не знаю, как бы мы выжили, если бы у нас не было коровы, да еще был участок 20 соток. На одной половине участка сажали картофель, а на другую половину сеяли ячмень. Помню, кушать очень хотелось, весной бегали по полям, собирали все, что можно было есть: гнилую мерзлую картошку, клевер, лебеду, крапиву. Мама смелет муку из ячменя, истолчет в ступе разную траву: клеверные шишки, пистики, белый мох, кислицу (все это заранее собирали и сушили) и пекла хлеб. муки настоящей в этом хлебе было чуть-чуть, а основная часть – истолченная в ступе трава. Так как я была всех меньше, то траву приходилось собирать мне, также сушить и толочь в ступе - было моей обязанностью. Трудиться приходилось и мне со взрослыми наравне: летом – поливала грядки, пропалывала, работали на сенокосе. В колхозе не спрашивали, умеет ли семилетний ребенок делать ту или иную работу, раз пришла помогать, то делай то, что дадут. И я все делала. А заветные «палочки» в графу «трудодни» ставились напротив фамилии мамы. На сенокос вставали рано, мама уходила, а мы вскоре тоже бежали на выкошенные поля, сгребали в валки, помогали метать сено. А еще помню, что чаще всего выкошенные участки были заболоченными, с кочками и ямами. Лапти промокали, но отставать от взрослых было стыдно. Я вместе с другими ребятами, где косой, где граблями дёргали траву для колхозного стада, чтобы сохранить и вырастить поголовье коров, которое в конечном итоге отправляли на фронт. Также летом, после того, как мама напоит телят, мы с сестрой пасли их. В те дни, когда шли проливные дожди, мы ходили в лес за грибами и ягодами. Осенью собирали колоски, копали картошку. Зимой заготовляли дрова. Мне приходилось на санках возить их по насту. Две сестры, которые постарше рубили, а мы – младшие возили их на санях».

Помню наше тяжелое детство,

Как война нас застала врасплох,

Как она принесла много бедствий –

Из груди вырывается вздох.

Мы работали, сил не жалели,

Знали солнца восход и заход,

Не стонали мы и не болели,

Ждали с фронта вестей круглый год.

Выполняли работу любую,

Не боялись труда никогда,

И возили навоз, и косили вручную,

Теребили мы лен и метали стога.

Да, много горя и слез выпало на детские души в те далекие дни. Дети, наравне с матерями, бабушками, дедушками работали в поле, лесу, на стройках страны, ковали Победу в тылу. Горе, захлестнувшее войну, они знали не понаслышке, память о войне до сих пор их не отпускает.

Обожгла наше детство война.

И не наша была в том вина,

Что, теряя отцов, матерей,

Мы взрослели в три раза быстрей.

Нам легко никогда не бывало,

Наш рассвет оборвало грозой.

То военное наше начало

Детских лет наших – фронт трудовой.

«А еще помню хорошо и отчетливо то, что мама, как могла старалась прокормить нас. Трудно было, чего там говорить. У мамы, когда выходила замуж, было очень богатое приданное: много вышитых полотенец, кружевных скатертей, много тканых вещей, со всем этим пришлось во время войны расстаться. Мама все свое приданное обменяла на хлеб. Помню, принесет хлеб, а мы рады, разделит нам всем, а себе совсем немного оставит. Вот так и выжили".

И до сих пор во мне живут

Восторг души и запах хлебца,

Который мать преподносила

Гостинцем... зайчика из леса.

"Вскоре две старшие сестры завербовались на военный завод. Старшая сестра Галина ушла добровольцем на фронт. Мама очень переживала за нее, ждала с нетерпением весточку. Как сейчас помню, как мама отговаривала Галину, чтобы она не просилась на фронт. Помню, как мама зашивала снятый себя нательный крестик в полу шинели сестры, как она верила в то, что он спасет ее. Галина прошла всю войну, дошла до Берлина и там встретила Победу. А ведь крестик мамин на самом деле спас ее от гибели. Контуженная, вся израненная, но живая она вернулась с войны.

После войны все дети начали учиться в школе. Я долго не ходила в школу, так как нечего было не обуть, не одеть.

Так потекли год за годом: за детством - юность, за юностью – молодость. Молодые годы чудесные. Какими же счастливыми мы были тогда!"

Как все росла и расцветала,

И песни пела о родимой стороне,

О будущем, конечно же, мечтала,

И о далекой, дивной стороне.

Когда-то было восемнадцать –

Задорной юности рассвет,

Кружилась в вальсе и влюблялась,

Встречая утренний рассвет!

"Вот только судьбу не обойдешь. Что написано на роду, от того уйти невозможно.

Свела меня судьба в 1955 году на майские праздники, как это часто случалось в те годы, на деревенских гуляниях в Лужевице со своим будущим мужем Старковским Борисом Васильевичем. Родители Борису прочили другую невесту, побогаче, чем я, но он выбрал меня, как потом сам сказал, что полюбил меня с первого взгляда. Может быть одинаковые судьбы, одинаковые взгляды на жизнь привели нас к созданию семьи. 10 декабря 1955 года мы с Борисом расписались".

Помню тот морозный зимний вечер:

Лунный свет струился голубой.

Ты сказал мне, нежно взяв за плечи:

«Милая, поженимся с тобой?!»

Ритуал женитьбы был простой и скромный,

Шли пешком до загса мы вдвоем,

Без свидетелей, родных, знакомых

Морозным и простым, обычным днем.

"Свадьба у нас была 7 января 1956 года. Так тогда было заведено, что свадьбу играли после того, как пройдет месяц после регистрации".

Мендельсона марш нам не играли,

«Горько!» - нам кричала вся родня.

Но с тобой по жизни мы шагали,

Радости и горе поровну деля.

Много лет с той поры промчалось,

Повзрослели дочки, сыновья.

Позади все прошлое осталось,

Только вычеркнуть его нельзя.

Были в жизни бури и ненастья,

От которых рушится семья.

Но поверь, какое это счастье,

Что остались вместе ты и я!

Что всего дороже нам на свете,

Мы в борьбе со злом уберегли,

Чтобы были счастливы и дети

И любить обоих нас могли.

Сколько б мы с тобою не бранились,

Все равно скажу я: «Милый мой!

Золотую свадьбу пережили,

До бриллиантовой мы доживем с тобой!

"Да, память неумолимо перелистывает страницы моей жизни. Это сейчас мы оглядываемся на прошедшие годы. А тогда...

Семейную жизнь начала я в доме мужа в деревне Шевнино".

Говорят, в деревне скучно

Только это как кому,

Но живут в ней очень дружно,

Мы не знаем почему.

Потому ли что по духу

Иль по крови все – родня,

Что к чужой беде не глухи,

Даже если у плетня.

Здесь добры и не спесивы

Девки, бабы, мужики,

И по-своему красивы,

Далеко не дураки.

Все привычно,

все сподручно,

Знай работай – не ленись.

И поверьте: нам не скучно:

Мы в деревне родились.

"Муж работал трактористом в колхозе. Жили бедно, в колхозе на трудодни давали мало, картошки тоже не хватало. Вскоре мы с Борисом переехали из родительского дома на квартиру к одной старушке. Здесь и родился наш первый сын Николай. Прожили мы на квартире год, а потом моя мама Алевтина Егоровна, отдала нам дом. Его перевезли из деревни Прокопьево в Шевнино. Свекор со свекровью дали нам телушку, мы вырастили ее. С коровой стало жить легче. А потом стали держать поросят, овец, кур. Жизнь потихоньку стала налаживаться".

Эту песню пела бабушка,

Говорила: «Не пытай своей судьбы,

Не ищи другой богатой избы,

В ней живет дурная славушка.

Бог дает – бери да радуйся,

Что не делается к лучшему!

Ну, а если что замучает,

Не печалься и не жалуйся...»

"Трудные были времена, но я не жаловалась на судьбу. Там, в Шевнино, я стала работать в колхозе. Кормила овец (в трудовой книжке есть запись, что принята на работу чабаном). Тяжелая это была работа, все делали вручную. Воду носили ведрами, брали ее из речки, которая находилась далеко. Убирали навоз, стригли овец, метали на чердак сено. Выходных дней и отпусков не было. Но, несмотря на все это, я везде успевала: и скота накормить, и дома прибрать, сварить, постирать, шить, вязать. Теперь, под старость лет, сама себе удивляюсь. Муж Борис работал в колхозе трактористом. Затем один за другим появились еще трое детей.

В 1970 году мы переехали в деревню Морозовица. На Морозовице построили дом.

Опять наступило трудное для нашей семьи время. Борис начал работать председателем Трегубовского сельсовета, а для меня работы сначала не было. Позднее я стала работать техничкой в клубе и библиотеке. Работы было тогда много. В связи с тем, что поблизости колодца и других водоемов не было, за водой приходилось ходить на озерцо у реки Шарденьги, а уж потом на водонапорную башню, которая находилась далеко от клуба. Воды наносить надо было много. В то время в клубе посещаемость была высокой, Кто-то приходил поиграть в бильярд, кто-то участвовал в художественной самодеятельности, а кто-то просто посмотреть новый фильм. Сеансов показа кино было два: дневной и вечерний, так что зал приходилось мыть два раза. В библиотеке также уборки хватало: и цветы полить, книжную пыль с полок обтереть. Зимой снег возле клуба убрать, а территория не маленькая.

Дети были еще малы: двое старших учились в школе, а младшие, разница в возрасте между которыми была 2 года, оставались дома (мест в детском саду не было). Сейчас вспоминая это, становится страшно. Уйду на работу, оставлю детей одних (бабушек у нас не было), а у самой душа не на месте. Вот пока работаю, все о них и думаю. Приду домой, а они зареванные. Накормлю, умою, успокою, а сама опять за работу: скота кормлю, ужин варю, да и постирать надо.

С какими бы трудностями мы не сталкивались, все преодолели. Недаром пословица гласит: «Жизнь прожить, не поле перейти». Вот так и у нас".

Нам не давалось в жизни все готовым,

Но не думали тужить.

Ко всем делам, пусть трудным и тяжелым,

Умели труд посильный приложить.

"Трудовой стаж у меня 41 год. За свой труд награждалась многочисленными Почетными грамотами, благодарностями, а также ценными подарками».

Ценили Ларису Николаевну на работе за ее старание, трудолюбие, прилежание, ответственность, за простой и добрый характер. И сейчас она не забывает библиотеку, читает, посещает все мероприятия, до сих пор интересуется нуждами и заботами библиотеки и является участником клуба «Золотой возраст».

Дети в семье Старковских выросли, все получили образование. Уважают все в деревне эту семью. Дети создали свои семьи, которые тоже пользуются уважением у односельчан. У Ларисы Николаевны и Бориса Васильевича уже 8 внуков и 3 правнука.

Отгремела молодость над нами...

Отшумела зрелость над годами.

Вот и встали на ноги ребята,

Подросли и милые внучата!

Ничего, что стаей журавлиной,

Годы мчатся вереницей длинной,

Сердце старость признавать не хочет,

Сердце радости и мира просит.

С выходом на пенсию Борис Васильевич и Лариса Николаевна построили новый дом рядом с прежним домом. Но старый дом, в котором они прожили долгие годы, воспитывая детей, все также дорог.

Старый мой дом, удивительно старый,

Добрый, годами испытанный друг,

В жизни моей ты увидел не мало

Знаешь на ощупь тепло моих рук.

А новый дом радует теплотой, уютом, гостеприимством.

Есть домик у меня, с виду не большой,

А изнутри просторный и уютный,

В нем буду отдыхать я телом и душой

От этой суеты ежеминутной.

Встречать я буду каждый день рассвет,

Благодаря творца за это чудо,

И проживу в нем много- много лет,

И наконец-то счастлива я буду.

И пусть зима метелью заметет,

Дождем холодным осень пусть намочит,

Но только здесь моя душа поет,

А сердце умолкать никак не хочет.

Лариса Николаевна и Борис Васильевич не сидят без дела. В доме у них много комнатных цветов. А весной, летом и осенью своей красотой радуют прохожих цветы, посаженные возле дома.

Живой газон, цветник –

Здесь место для души

Кругом цветы:

Тюльпаны, незабудки,

георгины,

Васильки, ромашки и вьюнки,

Колокольчик голубой,

как небо...

Радуют нас всех,

Постой, не проходи!

Задержись и полюбуйся смело,

Восхитись, здесь много красоты.

Весной радует заложенный возле дома сад своим цветением, а осенью обильным урожаем. В саду есть и яблони, и вишни, и слива, и много кустарников: черной и красной смородины, крыжовника, аронии черноплодной, малины и др.

Живи, наш сад и процветай,

И нашим детям красотою

О нас всегда напоминай.

Весной цветением обрадуй,

Укрой их

в жаркий день листвой.

Обрадуй осенью плодами

И ауру их душ напой.

Лариса Николаевна очень хорошая хозяйка. Все спорится у нее в руках. Погреб полон разносолами. А какие она пироги печет! А еще и рукодельница, и мастерица: и вяжет, и шьет, и кружева плетет, вышивает так, что глаз не отвести. В доме все украшено твореньем ее рук, все в тон и на своем месте: будь то картина, вышитая ею, будь то салфетка, связанная с великим мастерством и любовью, будь то коврик, привлекающий к себе внимание яркостью и умело подобранным цветом чередующихся полосок.

В этом году Ларисе Николаевне исполняется 80 лет. Но она все также молода душой. Ведь недаром говорит она о себе: «Мне года не беда, коль душа молода». И это правда. Сколько в этом человеке неугасающей жизненной энергии, энтузиазма! Сколько в ней чуткости, заботы, доброты! Лариса Николаевна никогда не унывает, не жалуется на свою судьбу, а учит всех, чтобы никто и никогда не сдавался, а преодолевал все свои трудности с высоко поднятой головой. Ведь недаром в русской народной пословице говорится: « Тому судьба покориться, кто к цели стремиться». За свой возраст она не переживает, всегда стремиться жить увлеченно, с интересом, не обращая внимания на года.

Мы – поколение, что годами припорошено.

Вы скажите: « А что же тут хорошего?»

Отвечу прямо: «Годы – не награда,

Но пасовать пред ними нам не надо»

Вот 60, вот 80... и что же?

Вздыхая, вы не станете моложе,

Зачем пустое повторять,

Давайте лучше просто продолжать

Жить увлеченно, жизнью наслаждаться,

Любимыми делами заниматься.

А сколько нам еще прожить

Оставим Господу решить.